ЭПИЗОД 12 · 5:45 ·
Bitcoin:
День, когда всё изменилось
У каждого крупного исторического перелома есть дата. Переход от денег, управляемых институтами, к деньгам, управляемым правилами, тоже имеет свою дату. Она тише других, и в этом часть её отличия.
Эпизод
После того как 31 октября 2008 года появился вайтпейпер, Satoshi Nakamoto провёл около двух месяцев, отвечая на вопросы в рассылке шифропанков. Как сеть будет масштабироваться? Как предотвратить двойную трату монеты? Как не допустить захвата сети несколькими крупными майнерами? На каждый вопрос следовал подробный ответ, нередко с кодом.
Правила должны были отличаться от всего, что было раньше. Двадцать один миллион монет, навсегда. Никакого CEO, который напечатает ещё. Никакого правительства, которое обесценит их инфляцией. Никакого банка, который заморозит счёт.
Сеть, запущенная 3 января 2009 года, работает по сей день. Каждые десять минут она записывает новый блок. Каждые четыре года вдвое сокращает скорость появления новых монет. Каждое из этих событий происходит по расписанию, которое не может изменить ни один человек, ни одна корпорация, ни одна страна.
Вы можете подключиться к сети сегодня днём, не спрашивая ни у кого разрешения. Никаких анкет. Никакой проверки биографии. Никакого минимального баланса. Достаточно программы, немного электричества и подключения к интернету.
3 января 2009 года в 18:15 Satoshi запустил сеть и вписал в её первый блок заголовок из тогдашнего номера The Times of London: «Chancellor on brink of second bailout for banks». Восемь дней спустя криптограф по имени Hal Finney объявил в Twitter, что запустил программу: «Running bitcoin». На следующий день его компьютер получил первую одноранговую транзакцию Bitcoin. У сети появился второй узел, а это разница между идеей и системой.
Ключевые моменты
Транскрипт
31 октября 2008 года я отправил вайтпейпер, а потом ждал. Заинтересуется ли кто-нибудь? Увидят ли они то, что вижу я? Несколько дней почти ничего, потом пришли ответы: вопросы, скептицизм, технические замечания. Как это масштабируется? А двойная трата? Это уже пробовали раньше. Хорошо — они читали. Они думали. В следующие недели оставался один вопрос: а запустится ли это вообще? Если хотите решить эту головоломку и выиграть Bitcoin, вам нужна каждая подсказка: подписывайтесь сейчас, чтобы не пропустить следующий эпизод. Они оспаривали каждое допущение: сеть не масштабируется — я оптимизировал распространение блоков; майнеры централизуются — я разработал корректировку сложности; двойная трата неразрешима —
я доказал это математически. Но что, если я ошибаюсь? Что, если есть изъян, которого я не вижу? Каждый вопрос делал это сильнее, каждое сомнение заставляло строить лучше. Это уже не только мой проект — он становился нашим. Я строил это не для Уолл-стрит, не для банкиров, не для правительств. Я строил это для людей, которые следуют правилам и всё равно теряют всё, когда правила меняются. Для тех, чьи сбережения могут быть уничтожены решением, за которое они никогда не голосовали. Для всех, кому тысячей разных способов объясняли, что кто-то другой лучше знает, как управлять их будущим. Им нужен был выход, даже если
они ещё не знали об этом. Bitcoin — не про меня, никогда не был. Он про каждого человека, которого система исключила, эксплуатировала или проигнорировала. Правила должны были быть другими: 21 миллион монет навсегда. Никакой CEO не напечатает больше, чтобы выручить друзей. Никакое правительство не обесценит это инфляцией ради финансирования войн. Никакой банк не заморозит ваш счёт из-за ваших политических взглядов. Каждая транзакция видна, каждое правило проверяемо, каждый человек равен. Вам не нужно доверять мне, не нужно доверять никому: код — это истина, и код принадлежит всем. Если бы я только мог запустить это, если бы оно только пережило первые дни —
как назвать самый первый блок Bitcoin, тот, с которого всё началось? Декабрь сменился январём, мир праздновал, я продолжал работать. Каждая строка кода проверена, каждая функция протестирована. Вот оно. Как только я нажму эту кнопку, пути назад не будет. А вдруг упадёт в первый час? А вдруг там ошибка, которую я пропустил? А вдруг никто так и не запустит это? А вдруг я просто неправ? Для всех, кто слишком поздно обнаружил, что доверие никогда не было гарантировано, им это было нужно, даже если они ещё не знали. 3 января 2009 года, 18:15. Я вписал послание в первый блок: заголовок The Times — «Chancellor on the brink of second bailout for banks».
Пусть никогда не забудут, зачем это существует. Готово. Оно живёт. Я нажал Enter и дал миру альтернативу. С того момента никто не мог остановить это: ни я, ни компания, ни фонд, ни лидер. Только код, работающий в ожидании тех, кто достаточно смел, чтобы присоединиться. Это больше не моё — оно принадлежит тому, кому нужно. Восемь дней спустя пришло сообщение. Hal Finney, шифропанк, верующий. Два слова, изменившие всё. Я больше не был один. Каждый узел, вышедший в сеть после этого, каждый человек, выбравший это вместо того чтобы сдаться — все вы часть одного решения: перестать ждать разрешения. Сид-слова — ваши, головоломка —
ваша. Решите её и готовьтесь к тому, что будет дальше.
Введённые понятия
- Первый блок (Genesis block)
- Первый блок сети Bitcoin, добытый 3 января 2009 года, несущий в себе заголовок о банковских bailout как метку времени и послание.
- Жёсткий потолок предложения (лимит 21 миллион)
- Правило, вписанное в программу Bitcoin: более 21 миллиона монет никогда не будет существовать.
- Одна сеть, много хранителей (полный узел)
- Компьютер, который хранит собственную полную копию правил Bitcoin и проверяет каждую транзакцию по ним, не нуждаясь ни в чьём разрешении.